Скидка 30% на курс Женская блузка
Скидка 30% на набор Женская блузка

«Настоящий неаполитанский костюм должен быть похож на гнилой банан»

История неаполитанского костюма

Италия стала компетентна в вопросах красоты начиная еще с 14 века, когда взяла на службу лучших знатоков стиля и объединила в себе духовное и земное, основав Неаполе в 1351 году Братство Портных: Confraternita dell’Arte dei Giubbonai e dei Cositori.

Настоящая Италия

«Настоящий неаполитанский костюм должен быть похож на гнилой банан»

Братство портных собиралось в церкви Sant’Eligio (Сант-Элиджо) — самое древнее построение, воздвигнутое французами в Неаполе. Церковь располагалась недалеко от площади Меркато. Она была построена общиной во время правления Карла Анжуйского в 1270 году.
Карл I Анжуйский был самым младшим сыном короля Франции Людовика VIII. Это были времена крестовых походов. Карл I со временем стал самым влиятельным человеком в Европе. Во время своего правления на итальянских территориях Карл I стал внедрять французскую модель феодального общества.

Из истории известно о восстании 1282 года Сицилийская вечерня.  В итоге в 1284 году, королевство разделилось на две части, каждая из которых претендовала на звание «Королевства Сицилия». Материковая часть, сохранившаяся во владении Карла I Анжуйского как Неаполитанское королевство, еще столетия управлялась французской династией.
Церкви становились центром экономической жизни. Чтобы представить, насколько почитаемы были портные того времени, достаточно одного факта от историка Carlo Filangieri (Карло Филанджиери): в часовне святого Михаила Архангела внутри церкви Sant’Eligio (Сант-Элиджо) висели портреты двух портных, Angelo Sicignanno (Анджело Сичиньяно) и Romano di Stefano (Романо ди Стефано).

Интересный факт

Портные уже в то время шили костюмы и продавали их не только в Неаполе, но и в других городах. Церковь, где размещалось Братство портных, находилась рядом с площадью Меркато (в переводе “Рыночная площадь”)  и портом. Это выгодное расположение создавало хороший логистический доступ к торговым маршрутам. Следовательно, можно предположить, что неаполитанцы были первыми, кто решил создавать одежду prêt-à-porte. После эту мысль удачно подхватит Франция и Англия.

И еще важный ключевой момент, который нам раскрывает глубинный смысл почему неаполитанская портновская школа не исчезла, а напротив  стала процветающим семейным делом. Оно передается от отца к сыну на протяжении вот уже нескольких столетий, а их глубокие корни пропитаны и духовным, и земным. Дело в том, что каждый раз, когда готовые костюмы отправлялись заказчику, часть вырученных денег портные жертвовали церкви в качестве подношения. Это и есть то самое умение обращаться с заработанными деньгами внутри семьи, общины. И в этом есть тайный компонент идеальной формулы великолепной и коммерчески успешной итальянской моды.

«Настоящий неаполитанский костюм должен быть похож на гнилой банан»

В Эрмитаже хранится работа неаполитанских живописцев, которая датируется 17 веком. Это прекрасная возможность увидеть, как выглядели итальянцы того времени, когда не было еще фотографии.

Благодаря умелому ведению дел шерстяная и шелковая промышленность стала коммерчески успешной. Она процветала в Неаполе с конца 1400-х годов. Стала одной из самых известных европейских дворов.  В это время сам воздух солнечной и жаркой Италии был пропитан высоким искусством благодаря талантам художников, скульпторов и архитекторов. Не удивительно, что и работа портных была тоже слоем в этом ряду талантов. Это подтверждает тот факт,  что многие мастера-портные были призваны работать при дворе.
Законодателями тогда выступили: француз Bernardo Plastet (Бернардо Пласте) стал личным портным Ferdinand I (Фердинанда I); испанец Alvaro of Salamanca (Альваро Саламанкский) разработал палантин для Ордена Equestre di Nostra Signora delle Giarrette (Equestre ди Ностра Синьора делле Джарретте); француз Giovanni Peticto (Джованни Петикто) был выбран личным портным герцога Калабрии. А затем и местные итальянские портные быстро перенимали опыт и также становились известными, среди них некий Pietro (Пьетро), придворный портной, и Antonio Cota di Castellammare (Антонио Кота ди Кастелламмаре), ученик Plastet (Пластета).
На протяжении 1400-х годов неаполитанская школа портного процветала, а местных портных часто приглашали работать и при других дворах, даже в Милане.

Ручная работа и классический неаполитанский крой

Посмотрим немного статистики и взглянем на средние показатели погоды в европейских городах летом в июле:

Лондон23° ,  вечер 15,3 количество осадков 54.8 мм — июль самый дождливый в году
Париж24°, вечер 18 количество осадков 44.2 мм.
Неаполь31° количество осадков 20.0 мм. – июль самый дождливый в году

Такая нехитрая инфографика наглядно нам демонстрирует важные факторы выбора гардероба — это погода. Климат, погода как сейчас, так и 500 лет назад, определяет то, что на нас надето. Италия — это жаркий юг, поэтому неаполитанские портные взяли все самое лучшее у французских и английских ремесленников, приспособив ткани и крой под местный климат. На улице дождь — стало быть, это Лондон, и правила пошива одежды, начиная от правильно обработанной ткани, заканчивая силуэтом призваны соответствовать известному выражению: “Не бывает плохой погоды, бывает плохая одежда”. Климат способствует формированию национальной идентичности, англичане практичная нация. Их костюм более жёстче, чтобы его форма сохранялась годами во влажном климате.

Итальянцы любят удобство и жить здесь и сейчас: теплый расслабленный юг Италии, где ветер с моря и высокая влажность, напротив формирует неспешный образ жизни, когда проповедуют сиесту в жаркий день. А к осени — очередь из клиентов за кашемировыми пальто из тонкой всепогодной шерсти: его можно носить затем до следующего лета. Оно совсем невесомое и крой создавался словно самой природой и климатом Италии на протяжении веков  как вторая кожа для итальянца — без подкладки, без подплечников, в общем, без единой лишней детали.

Итальянские ткани

Выбор ткани, а это супертонкая шерсть, определил и технику по сей день: любой машинный стежок может повредить замыслу, именно поэтому портные в ателье и сейчас шьют вручную, сохраняя неаполитанскую школу и свои традиции. Здесь не нужны твиды или толстая шерсть. Это же юг!
Например, бренд Kiton, который чтит традиции неаполитанского кроя, выбирает шерсть для пиджаков, сотканную из нитей толщиной менее 14 микрон, это одна четверть человеческого волоса. Бывают еще более тонкие ткани: до 12,5 микрон.
Это ручная работа современных ремесленников, так же, как делали предшественник и 500 лет назад. Например, известно имя портного Bernardino Liante (Бернардино Лианте), он в 1510 году заключил контракт с  заказчиком Giovanni Tramontano (Джованни Трамонтано), согласно которому дал обязательства разработать для клиента в течение семи лет определенное количество костюмов. Портновское дело развивалось и к 1611 году в Неаполе было зарегистрировано 607 портных, все они были уполномочены выполнять свою работу. Они были признаны братством, так и продолжали трудиться при часовне в церкви. Молодые люди, которые хотели присоединиться к братству, должны были сдать экзамен, демонстрируя свои навыки портного перед комиссией старших портных. Эти даты – подлинная демонстрация того, что неаполитанский крой оттачивался без преувеличения сказать веками и передавался из поколения в поколение.

Упадок и процветание

В неаполитанской школе портного был и период упадка. С середины 1600-х годов  школа начала терять клиентов и престиж. Неаполь быстро развивался, население выросло примерно до 500 000 в 1800-х годах, и начался период спада экономики. С портретов того времени стали смотреть аристократы в костюмах, которые считались совершенно вышедшими из моды.

После объединения Италии неаполитанская школа портного обрела новую энергию. В то время Giacchino Trifari (Джаккино Трифари) прославился своими стильными костюмами. Он был владельцем собственного магазина. К концу 1800-х годов известны фамилии двух мастеров-портных — это Raffaele Sardonelli (Раффаэле Сардонелли) и Filippo De Nicola (Филиппо Де Никола).
Raffaele Sardonelli (Раффаэле Сардонелли) — родом из Калабрии. Перебравшись в Неаполь он стал считаться подлинным неаполитанским портным благодаря своему стилю пошива. Его ателье via Calabritto, где он создавал элегантные изысканные костюмы,  называли royal line — “королевской линией”.

«Настоящий неаполитанский костюм должен быть похож на гнилой банан»

Filippo De Nicola (Филиппо Де Никола) был учеником Trifari (Трифари), считался одним из основателей современного неаполитанского стиля вместе со своим сыном Adolfo (Адольфо). Adolfo di Nicola (Адольфо де Никола) долгое время жил в Лондоне. Вернувшись в Неаполь он стал мастером и мог великолепно сочетать английскую технику с неаполитанскими принципами. С одной стороны это была сдержанная классика, при этом костюм обладал особой элегантностью. 

Ателье больше походило на дом, принимало своих клиентов по-королевски, угощая их чаем и выпечкой и развлекая долгими беседами, прежде чем приступить к примерке. В комнатах ателье стояли кресла, диваны и столы с фотографиями знаменитых клиентов, принцев и представителей аристократии. Adolfo di Nicola (Адольфо де Никола) стал другом художников, поэтов, актеров и музыкантов,  а к  50-ти годам стал считаться арбитром элегантности  в мужской моде.

Закройщик и сотрудник Adolfo di Nicola (Адольфо де Никола) Luigi Piemontese (Луиджи Пьемонтезе), ученик Giuseppe Talarico (Джузеппе Таларико), также обрел известность благодаря элегантной классике в крое. Другой портной Giorgio Costantino (Джорджио Костантино) напротив считался визионером благодаря своим смелым цветовым сочетаниям и выбору ткани.

«Настоящий неаполитанский костюм должен быть похож на гнилой банан»

Salvatore Morziello (Сальваторе Морзиелло) приобрел высокий статус портного в 1800-х годах. В его магазине при ателье частыми посетителями были настоящие денди того времени. Магазин был модным местом и не спроста. Ведь именно здесь можно было найти модные аксессуары известных брендов: шляпы Lock hats, трости и зонты Brigh, парфюмерия и ткани Floris.

Стоит еще упомянуть владельца Roberto De Sanna (Роберто Де Санна). Он был не портным, а управляющим ателье под названием “Trading” в галерее Виттория. Его мастером-портным был талантливый портной Michele Gandoli (Микеле Джандоли).

«Настоящий неаполитанский костюм должен быть похож на гнилой банан»

К середине 19 века появились новые мастера неаполитанской школы: Антонио Каджиулу, составившего первый когда-либо опубликованный в Неаполе метод выкройки; Giuseppe Giordano (Джузеппе Джордано), специализирующийся на матросской форме и костюмах, и Peppino Mignello (Пеппино Миньелло): он был первым портным, которому пришла в голову идея удлинить передние вытачки — деталь, которая превратилась в один из основных элементов неаполитанского стиля.

«Настоящий неаполитанский костюм должен быть похож на гнилой банан»

Antonio Gallo (Антонио Галло) прославился производством идеальных классических костюмов в неаполитанском стиле.

«Настоящий неаполитанский костюм должен быть похож на гнилой банан»

В его ателье, как и в большинстве других неаполитанских ателье, могли работать только неаполитанские мужчины. От самого молодого подмастерья до мастера-портного, работали около 12 часов в день, обычно с 8 утра до 8-9 вечера.  

Enfants terribles

Крылатым выражением “enfants terribles”, как проект будущих гениев неаполитанской школы портного, назвали Vincenzo Attolini (Винченцо Аттолини) и Giacomo Bruno (Джакомо Бруно). Вообще выражение еnfant terrible (анфан териибльозначает  несносный (избалованный, капризный, озорной, непоседливый) ребёнок. Современная трактовка этого образа часто применяется к молодым и успешным людям в области искусства, культуры, моды и спорта. Enfant terrible — это тот, кто шокирует своими новыми подходами, лёгкими успехами, или пренебрежением к традициям.  «Известный или успешный человек, который любит шокировать людей» – такое определение дает кембриджский словарь.

«Настоящий неаполитанский костюм должен быть похож на гнилой банан»

Джакомо Бруно хотел поступить в военно-морскую академию, но оставил ее, чтобы посвятить себя обучению пошиву одежды. Работал подмастерьем в Риме и Милане, но потом вернулся в Неаполь, где открыл собственное ателье и воплотил  в неаполитанском стиле свое видение и вкус. О своих костюмах он говорил не иначе как о произведении искусства. Свою мастерскую “Ателье по пошиву одежды”  он переименовал в мастерскую “Искусство и мода”.  Поэтому его и называли “enfants terribles”.

«Настоящий неаполитанский костюм должен быть похож на гнилой банан»

Другой “enfants terribles” — Attolini (Аттолини) — сначала учился у классических портных, таких как Morziello (Морзиелло). В это время Domenico Caracheni (Доменико Карачени) в Риме произвел революцию в мужских костюмах. Он сделал выбор в пользу более мягких линий. Attolini (Аттолини) объединил принципы Caracheni (Карачени) с канонами неаполитанского стиля. Благодаря этому он успешно модернизировал неаполитанский стиль.

«Настоящий неаполитанский костюм должен быть похож на гнилой банан»

В начале 1930-х годов неаполитанцы равнялись на Лондон.  Даже одно из самых успешных ателье того времени, принадлежавшее торговцу тканями Gennaro Rubinacci (Дженнаро Рубиначчи), называлось London House. Оно располагалось на улице Via Filangeri (Виа Филанджери) Неаполя. Аттолини был главным закройщиком London House. Vincenzo Attolini (Винченцо Аттолини) был настоящим знатоком конструкции пиджаков с Сэвил-роу, потому что клиенты часто приносили их для подгонки.
Как мы уже исследовали в нашем обзоре, погода определяющий фактор — в Лондоне в июле вечером + 15, а в Неаполе +35°С в тени. Вот почему Vincenzo Attolini (Винченцо Аттолини) стал искать способ облегчить пиджак. Шотландские ткани тогда были тяжелыми и плотными. Портному пришла идея избавиться от части внутренних прокладок из конского волоса. Как всегда бывает, вначале к этим нововведениям не относились всерьез, но Аттолини не сдавался. Он продолжил в собственном ателье. И вот пришел момент, когда завсегдатаи Капри переоделись в его легкие пиджаки. В этот момент к нему пришла слава. Рассказывают историю, как арбитр элегантности герцог Виндзорский, доверявший только своему английскому портному, поинтересовался у прохожего на Капри , кто сшил ему такой легкий пиджак.

«Настоящий неаполитанский костюм должен быть похож на гнилой банан»

Впоследствии сын Vincenzo Attolini (Винченцо Аттолини) Cesare (Чезаре) стал консультантом многих фабрик и стоял у истоков Kiton. Позднее стал основателем собственного производства — Cesare Attolini в Казальнуово под Неаполем. Третье поколение семьи — Massimiliano (Массимилиано) и Giuseppe Attolini (Джузеппе Аттолини) им управляет сегодня.

“Портновская карта” Италии или почему Неаполь?

Неаполь стал центром портных в Италии. Все дело в том, что здесь проживало много аристократов, принцев, герцогов и просто богачей. Утро — у цирюльника, затем к портному. Требовательные клиенты  желали удовольствий и модных нарядов. Искусство быть красивыми — это и есть дух неаполитанской мужской моды. Почему  неаполитанские портные считаются лучшими в мире? Они сумели совместить эталоны классического французского и английского стилей, вдохнув итальянскую жизнь с лёгкой небрежностью, которую итальянцы назвали sprezzatura. Портные о своей работе говорили: неаполитанский костюм должен быть такой же легкой, как и ветерок, дующий над Везувием.

«Настоящий неаполитанский костюм должен быть похож на гнилой банан»

Вообще итальянское слово “Sprezzatura”  впервые появляется в Книге Il Cortegiano (Книге придворных) Baldassarre Castiglione (Бальдассаре Кастильоне) 1528 года. По определению автора Sprezzatura — это некоторая небрежность, позволяющая скрыть все искусство и сделать так, чтобы все, что человек делает или говорит, выглядело без усилий и почти не задумываясь об этом.

Книга написана в виде серии бесед в течение четырех ночей в 1507 году. Беседы придворного из Герцогства Урбино. В книге придворный —  обладатель холодного ума, хорошего голоса, великолепный оратор с красивым, элегантным и смелым слогом. У него правильная осанка и утонченные жесты. В добавок ко всему это воинственный дух в его атлетически слаженной спортивной фигурой. К тому же он знаток гуманитарных наук и изящных искусств.  Четыре вечера посвящены беседам о природе юмора, благородства, женщин и любви. Итогом  бесед стала  попытка вывести формулу секретных ингредиентов идеального джентльмена. Стиль это любопытной книги — драма, открытая философская дискуссия и эссе. Она была одной из самых распространенных книг XVI века. Ее выпустили на шести языках в двадцати европейских центрах. Английский перевод 1561 года оказал большое влияние на представление английского высшего класса об английских джентльменах.

Философия  Sprezzatura была дана самой природой Италии, неаполитанский стиль — одно из ее воплощений. Позднее открыта по-новому в английском стиле как в бурлящем котле истории революционных преобразований. Она  найдет свое воплощение в слове “Дендизм” в Лондоне.  Об этом мы рассказываем в обзоре про дендизм.

Говоря о портных современного неаполитанского стиля, интересно рассказать о канонах, которые соблюдают и до настоящего времени. Они стали символами национальной идентичности итальянцев. Эти символы — от неаполитанского языка, неаполитанской пиццы до неаполитанского костюма — мировое наследие и находятся под защитой ЮНЕСКО. С ними мы чувствуем дух настоящей Италии, о котором мы расскажем в нашем следующем обзоре.

Подпишитесь, чтобы получать уведомления о выходе новых статей

Поделиться с друзьями
Школа портновского мастерства
Добавить комментарий

  1. Наталья Королева

    Благодарю за статью и очень жду продолжения!;))

  2. Наталья Царькова

    С удовольствием прочитала статью перед сном. Мысленно перенеслась в ту эпоху, представив себя в волшебных мастерских, впитывая дух и опыт мастеров столь далёких времен. Спасибо за столь познавательные рассылки!

  3. Ирина Калинина

    Статья прекрасна, даже ненадолго перенеслась на улочки Италии, по которым прогуливаются эти костюмы).

  4. Наталья

    Благодарю, очень познавательно

  5. Елена Рауш

    Добрый день, большое спасибо за интересную статью.